"Вечный огонь"

Сайт добровольческого объединения «Патриот»
Вспоминая войну

Горькая память о войне

О военном детстве своего дедушки рассказала студентка Института медицинского образования, член добровольческого объединения «Патриот» Татьяна Фёдорова:

Довоенное время

Слева отец дедушки

«Мой дедушка, Михайлов Александр Фёдорович, отец моей мамы, родился в 1928 году в деревне Чернобожье Дновского района Псковской области. В семье было пятеро детей: Василий, 1914 г.р., Иван 1922 г.р., Антонина 1926 г.р., Александр 1928 г.р. и Валентина 1930 г.р.».

До войны Михайловы имели своё хозяйство, свою мельницу. Много работали и жили небедно.

Но в 1933 году их раскулачили. 4 июня прибыли начальник райисполкома Павлов с участковым Васильевым, пригласили из деревни двух понятых, устроили в доме обыск. Отобрали всё, вплоть до нательного белья. Отца, полураздетого, выгнали на улицу, арестовали и отправили за решётку. Дом отобрали и перестроили под общежитие для рабочих совхоза «Искра».

Семья на всё лето перебралась в баню. К зиме построили небольшую хибару. Мать собирала в лесу грибы и ягоды, дети побирались. Так и выживали.

Отец вернулся из тюрьмы через 3 года, в 1936 году, совсем больной, с открытой формой туберкулёза.

Начало войны

О том, что началась война, сельчане узнали из репродуктора. В 4,5 км от деревни был аэродром. Его начали бомбить почти сразу, буквально в первые дни войны. Потом немцы приспособили аэродром для своих нужд.

Очень скоро была оккупирована деревня. Немцы сожгли несколько домов, в том числе и дом Михайловых. Погорельцы вырыли в лесу землянки и переселились туда. А по деревне ходили немцы и полицаи, отбирали всё, что подвернётся: скотину, еду одежду.

«У нас, — вспоминает Александр Фёдорович, — увели корову, лошадь. У меня был новый костюмчик, только что сшили. Забрали его вместе с другой тёплой одеждой. Было так жалко, мне и надеть больше было нечего.

За нашей деревней стояла немецкая батарея. Со всех ближних деревень — Гористо, Белошкино, Чернобожье – старосты по утрам собирали людей, гоняли на работу. Снега было по колено, и люди расчищали дорогу от батареи до аэродрома. Чистили снег вручную, никакой техники, конечно, не было. Однажды я опоздал на работу на 2-3 минуты. Офицер так пихнул меня сапогом под зад, что я перекувырнулся, заорал от боли и побежал домой. Мать испугалась и отправила меня обратно:

«Иди, иди, а то немец сейчас придёт, застрелит, и всё».

Ну, я слёзы вытер и пошёл назад.

Питались скудно, чем придётся. Ели дудки, мололи мох. Промышляли, кто как мог. Весной копали землю, сажали огороды.

Жизнь в оккупации

Справа мать дедушки

Стали народ угонять в Германию. Сопротивляться, бороться с новой властью было трудно, у них оружие, а мы с голыми руками. Приезжали в деревню немец и 3-4 полицая, ходили по домам, собирали народ и отправляли в Дновский Массив – это совхоз рядом с городом Дно. Забирали в основном молодёжь, рабочую силу. Люди там подолгу сидели в оцеплении, за колючей проволокой, ждали, пока немцы решат, кого и куда отправить. Забрали мою сестру, но ей помогла убежать подруга.

Я тоже туда попал, побыл там 2-3 дня. Сидел и ждал, пока увезут. Давали в день по 200 г. хлеба и кипяток. Мне и ещё 3-м удалось убежать. Мы знали дорогу домой. Ночью пролезли под колючей проволокой, выбрались за пределы лагеря и, что есть духу, помчались домой.

В нескольких километрах от города Дно был лагерь советских военнопленных «Колотушино». Пленные обслуживали немцев, чистили и строили дорогу, пилили лес, заготавливали дрова, и содержались в тяжелейших условиях. Их изнуряли голодом и непосильным трудом. Ежедневно из лагеря на городское кладбище в нескольких грузовиках вывозились трупы красноармейцев, среди которых попадались ещё живые, но крайне истощённые люди. Местные жители долго находили на булыжниках, которыми мостили дорогу, выцарапанные  пленными имена. Сейчас на месте лагеря стоит памятник 25 000 погибших советских военнопленных.

Как-то летом через нашу деревню проходил партизанский отряд. Полицай сообщил немцам, и те сразу же прибыли на машине. Но партизаны успели уйти. Мы думали, что теперь и нашу деревню сожгут, как соседние, но обошлось».

Два старших брата Александра Фёдоровича погибли на фронте. Василий – ещё в Финскую войну. Ивана призвали на срочную службу в конце мая 41-го года, за 3 недели до начала Великой Отечественной войны. Ему было 18 лет. Из танковой школы прислал только одно письмо, написал, что учится водить танк. А уже в августе 41 года семья получила извещение, что он погиб во Львовской области под городом Броды, где сейчас чествуют бандеровцев.

После войны

Бабушка

Война помешала Александру Фёдоровичу, как и многим другим «детям войны», получить образование. После 6-го класса до 1950 года работал в колхозе. Затем проходил срочную службу на территории ГДР. После армии учился в ДОСААФ, получил специальность шофёра. Работал водителем сначала в железнодорожной больнице, а с 87-го года – водителем поезда военизированной охраны. В 91-м году ушёл на пенсию.

Жена, Анастасия Ильинична, всю жизнь преподавала в школе биологию и химию. Михайловы воспитали двух дочерей – Елену, 1957 г.р., и Ирину, 1959 г.р.

«Кстати, Ирина – это моя мама, — добавляет Татьяна. — А бабушка Настя была у моего папы классным руководителем».

Татьяна Фёдорова, Алла Булгакова – руководитель объединения «Патриот».

Фото из семейного архива.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *